Предыдущая
«Утиные истории»Следующая
67. «Селезень, который мог стать королём»
Оригинальное название: «The Duck Who Would Be King»
Премьерный показ: 24 ноября 1988 года.
Режиссер: Боб Хэчкок, Теренс Харрисон.
Персонажи: Скрудж Макдак, Билли-Вилли-Дилли, Бабби, Зигзаг Макряк, Лапка.
Запоминающаяся цитата: «И я идиот, скажите ей, мистер МакДи!»
Оценка: 3 из 5.

Не успев оправиться от посещения доисторического времени, утки вовлекаются в новое приключение. Вместо Дакбурга своего времени, они оказываются в некоем древнем азиатском государстве, жители которого признают в Бабби своё самое почитаемое божество. Пользующиеся этой ситуацией утки наживают себе врага в лице местного тирана.

И название, и тема мультфильма отсылают к рассказу Киплинга «Человек, который хотел стать королём» (1888), но параллели обнаруживается гораздо ближе — в эпизоде «Утиных историй» «Сфинкс на память». В последнем представители изолированного египетского племени принимали Дональда за физическое воплощение своего божества. Оценивая тот эпизод, я не стал углубляться в анализ его не самой захватывающей истории, отметив высокие производственные ценности. А здесь и сейчас можно обратить внимание, что в обоих эпизодах злодеями выступают первосвященники, использующие культ для обоснования своей власти. И там, и там присутствует также образ истинной служительницы культа, хотя в «Сфинксе» она не притесняется. Главная же разница ситуаций заключается в том, что в «Сфинксе» за религиозным культом стоит реальная мистическая сила, а в «Селезне» первосвященник занимается классическим мошенничеством, однако для признания уместности подобных сюжетов для «Утиных историй» эта разница роли не играет. Да, уместны и ещё как!

Слева персонажи эпизода «Сфинкс на память». Справа — Манг Хо и Сен-Сен, главные оригинальные персонажи эпизода «Селезень, который мог стать королём»

Напористый священник Манг Хо, решительная «изменница» Сен-Сен и романтик Зигзаг с его любовью, разделённою эпохами, могли бы стать крепкими кирпичками в основе сюжета «Селезня». На мой взгляд, не стали. Потому что все эти качества персонажей откровенно карикатурны. Злодей постоянно высмеивается, решительность Сен-Сен выражается в основном в нескончаемом потоке пророчеств, а флирт Зигзага примитивен до пошлости. Да, в финале мультфильма Зигзаг спасает всех, активировав гигантского робота, видимо, на заводной тяге, но условность устройства этого робота не выдерживает никакой критики. Главный акцент истории сделан на Скрудже, который демонстрирует свои фирменные лидерские качества, даже когда обманывает местное население. Отталкивающим изъяном выглядит его нетерпимость к Бабби, но Скрудж начинает заботиться и о пещерной утке, когда всё-таки берётся навести порядок в Тупе. Решение вмешаться в жизнь угнетаемого города происходит в момент купания в сокровищнице, где Скрудж с видимым удивлением узнаёт, что Манг Хо не заработал сокровищ Великого честным путём. Скрудж не без популизма спешит устранить несправедливость, на специальном суде выставляя первосвященника на посмешище. И отважно противостоит бандитам, атакующим город.

Тут не могу не остановиться на сценарном изъяне, которые, как видно, не заметили даже сценаристы мультфильма (их здесь ТРОЕ!). Допустим, что утки случайно появились в Тупе именно в момент проведения казни Сен-Сен. Но далее от Сен-Сен Скрудж узнаёт, что следующий день за текущим — это день ежегодного (!) нападения бандитов (подельников Манг Хо). Ещё одно совпадение, которое, однако, приводит к разнице в скорости течения времени для Скруджа и его племянников. Билли-Вилли-Дилли, одетые по-летнему, отправились в горы замораживать растаявший бомбастий, когда об угрозе нападения на город не было известно. И собирались провести там от силы несколько часов, ночевать точно не планировали. Однако вернулись (скатились снежным комом), когда в городе уже наступил день выплаты дани. Несмотря на то, что мне удалось узнать, сколько именно времени ушло на написание сценария эпизода (об этом ниже), я не возьмусь судить о том, было ли это время достаточным для более тщательной его шлифовки. В любом случае более убедительным объяснением мне видится установка на комедию, от которой, возможно, не требовалось особенной тщательности. Главное, не дать зрителю опомниться. Шутка с Дилли, лизнувшим бомбастий и на секунду смотавшимся в другое время, подтверждает, что ради смешного гэга создатели эпизода готовы пренебречь логикой — в эпизоде «Засекаем время» было сказано, что бомбастий работает, если подвести к нему электрический ток.

Самая заметная шутка мультфильма связана с неправильным произношением местными жителями имени Макдака. Для смеха её в мультфильме повторяют так часто, что её следовало бы даже вынести в качестве запоминающей цитаты: «Да здравствует, Скуч!» — «Я Скрудж!» — «Какая разница!». Я не делаю этого только потому, что она слишком похожа на ходячую шутку про шотландский килт Скруджа в эпизоде Дело о десяти центах. Но ничего против такого юмора не имею. Что мне не нравится, так это попытки изобразить смешную анимацию. Уже в предыдущем эпизоде анимация частит мультяшными преувеличениями, однако в целом соответствует среднему уровню тайваньских эпизодов первого сезона. Несложно даже спутать, если не обращать внимание на ставшие непрозрачными тени персонажей (скорее всего, Wang Film отказалась от полупрозрачности ради снижения стоимости производства). Но «Селезень» прыгает далеко на территорию нарочитой мультяшности, где персонажи постоянно растягиваются в ниточку и вообще демонстрируют резиновую упругость. Мало того, что эта чокнутость не очень идёт «Утиным историям», хорошо видно, что эти преувеличения без меры используются не в лад, невпопад. Ну, не должны самые элементарные жесты совершаться с такими замахами и нахлёстами. Нельзя растрачивать выразительность действительно резких движений на всякую ерунду. Я не уверен до конца, что ответственность за это можно возложить исключительно на аниматоров студии Wang Film, ведь всё, что происходит в каждой утиной истории, рассчитывалось с точностью до кадра ещё до создания анимации (должность человека, ответственного за эту работу называется timing director), а собственно процесс анимации курировался диснеевским супервизором, но знаю, что смотреть это тяжело. И это влияет на мою оценку эпизода.

Примеры не самой уместной преувеличенной мультяшности персонажей в анимации от Wang Film.

«Селезень, который мог стать королём» не провальный эпизод, но промахов в нём немало. Даже в качестве одной из пяти частей большого приключения уток мультфильм выглядит стоящим особняком. Определённую связь с предыдущим эпизодом обеспечивает разве что лазерная ручка Винта Разболтайло, которую Скрудж использует для устрашения врагов. А что до растаявшего бомбастия, например, то, будь это самостоятельный эпизод, утки могли бы столкнуться с той же проблемой. Мне непонятно, ради чего вообще было забрасывать уток именно в древний Тупе, то есть почти домой, но с недолётом в несколько сотен лет (мелочь на фоне миллиона лет). Не было бы остроумнее перенести их на пару миллионов лет вперёд — в далёкое будущее относительно точки старта)? А пока создатели не справились даже с соблюдением непрерывности сюжета. Достаточно сравнить последний кадр эпизода «Засекаем время» с первым кадром «Селезня». Племянники меняют шапки на кепки, персонажи меняются местами и даже «Замыкание тысячелетия» выглядит немного иначе.

Пытаясь узнать подробности создания эпизода, я наткнулся на перечень бумаг писателя Брюса Ковилла в коллекции Университета Южной Миссисипи. В перечне целая россыпь машинописных текстов сценария «Селезня, который мог стать королём» с указанием дат. Краткое изложение сюжета пятичастевого мультфильма датировано 17 марта 1988 года. Бумаги, касающиеся непосредственно второй части цикла, были созданы в течение месяца после этой даты. Финальная версия сценария была готова всего лишь за семь месяцев до телевизионной премьеры! Такие жёсткие рамки стоит иметь в виду, подмечая как недостатки мультфильма, так и его удачи.

Эпизод «Селезень, который мог стать королём» я оцениваю всего тремя баллами, но хочу, чтобы в этот отзыв попали и полностью положительные наблюдения. На фоне общей небрежности данной утиной истории приятно удивляют старательные попытки привнести в неё хотя бы внешние аттрибуты китайской культуры. В свою очередь Рон Джонс радует новым двухминутным музыкальным фрагментом, написанным специально для представления Тупе.

Комментарии ()


Новости и обновления