История аниматора. Жан Морел

Алексей КОБЕЛЕВ, 24.05.2012. Версия для печати здесь

For version in English click here

Этой весной известный аниматор Жан Морел (Jean Morel) оказал мне честь, рассказав о начале своей карьеры. Я очень благодарен Жану за то, что он нашел для этого время в своем напряженном графике, и публикую его историю на Сайте о про-диснеевской анимации будучи уверенным  — она заинтересует посетителей моего сайта не меньше, чем меня! Тем более, многим нашим начинающим художникам проблемы и вызовы, с которыми столкнулся Жан, покажутся знакомыми. Жан очень талантливый и продуктивный аниматор, в послужном списке которого множество известных про-диснеевских мультфильмов, в том числе «Все псы попадают в рай», «Король Лев», «Геркулес», «Тарзан», «Астерикс и Викинги», «Брэндон и секрет келлов» («Тайна Келлс»). К слову, супруга Жана Аннетт Морел (Annette Morel) также построила карьеру в анимации  — в частности на студии Disney она занималась прорисовкой большинства мультфильмов в диапазоне от «Короля Льва» до «Планеты сокровищ». Сейчас мистер Морел и его дружная семья проживают в Ирландии.

Итак, слово Жану Морелу...

«На третьем курсе [факультета классической анимации Шеридановского университета] от нас требовалось начать работу над личным мультфильмом и постараться закончить его. Некоторым это удавалось, так, например, Ник Рэньери (Nik Raniery) создал фильм «Обычные проблемы», который шутливо изображал канадский парламент с карикатурами тогдашних политиков. Это был хит, который представлялся [нашим] университетом. Я не завершил свой мультфильм, хотя обучение закончил с отличием и наградой от компании Kodak. В то время было слишком трудоемко за 10 месяцев успеть с прорисовкой и заливкой селов. Я рассчитывал завершить его после выпуска, но, как и другие студенты, должен был искать работу.

Мы тогда не подозревали, что приближается второй золотой век [классической анимации]. Люди в это время уходили из студии Disney, это уже не было местом для работы. Они потерпели провал с «Черным котлом» и занимались «Великим Мышиным Детективом», не ожидая от него какого-либо успеха. Все, что мы слышали, так это, что студия на последнем издыхании и что она будет разбита и продана, если «Детектив» не окупится. Но за те нескольких лет, пока мы были в университете, в Лос-Анджелесе произошло и кое-что интересное, в частности появились видеоигры «Логово дракона» и «Космический ас» от Дона Блата, в то время самой многообещающей студии, на которой мы всей душой хотели работать, но не могли, будучи канадцами и не считая, что мы достаточно хороши для нее. Так что это оставалось мечтой, нужно было браться за то, что происходило в самой Канаде, и делать все, чтобы добыть средства к существованию. Большинство из нас были молоды и холосты. Я вернулся в родительский дом и устроился на студию Atkinson Film Arts в моей родной Оттаве на должность художника-планировщика декораций, работать над мультсериалом «Еноты». Очень быстро стал ассистентом аниматора, а потом и аниматором на последующих проектах, таких как «Бабар», короткометражке на музыку рок-группы Rush и паре других вещей. Еженедельное жалование было чуть больше, чем «пивные деньги» (используемое в Англии разговорное выражение, обозначающее деньги, отложенные на развлечение).

Позже я узнал, что [братья] Зондаги, а потом [Марк] Пудлейнер и пара других ребят, Рик Бентэм и Барри Эткинсон уехали в Лос-Анджелес, искать работу у Блата, который поднимал производство «Американского хвоста», и были наняты! Я связался, кажется, с Пудлейнером и он убедил меня приехать и попробовать себя в прорисовке. Я взял двухнедельный отпуск и вылетел из Монреаля в Лос-Анджелес на очень дешевом (99 долларов!) авиарейсе компании People's Express. Эта компания работала так: ты садишься на самолет, заранее резервируя место, и, когда находишь его, кладешь наличку (никаких кредитных карт) в кармашек перед собой. Позже эта авиакомпания прекратила работу, так как на многих самолетах нашли трещины в фюзеляжах.

Итак, я приехал в Лос-Анджелес с портфолио и остановился на квартире, которую арендовали Зондаги, Пудлейнер, Эткинсон и Бентэм. Можно сказать, набились. Я спал на полу. Бэнтэм спал под обеденным столом. Так или иначе, я встретился с людьми на студии и оставил портфолио. Чтобы убить две недели, я делал то, что делают туристы, и зависал с ребятами. Ходил в Вествуд на западе города, где проходила вся ночная жизнь. Также готовил много еды для своих сожителей. Каждый вечер мы буквально религиозно смотрели комедийный британский сериал «The Young Ones» [про совместную жизнь четырех студентов] с едой и напитками, естественно. Лос-Анджелес с его приятной погодой, пальмами и всем остальным для меня был волшебным. Мир, совершенно отличный от холодного северо-востока. Уверен, живя в России, ты меня понимаешь.

Следует сказать, что я посетил также пару других студий. Я сделал тест прорисовки на студии Filmation для еженедельного мультсериала «He-Man», показал свое портфолио на студии Ричарда Уильямса, которая закрылась вскоре после этого, ходил на студию Hanna-Barbera и говорил ни с кем иным, как с известным ветераном Гарри Лавом. Он мне советовал в первую очередь вступить в профсоюз! Было забавно общаться с ним. Он уже не был художником, а был боссом на студии. Его брат Эд Лав  —это не менее знаменитый аниматор Багза Бани. Также я посетил студию Disney, где мне устроил экскурсию Дэйв Стефан, который работал там аниматором на «Великом Мышином Детективе». Я помню, он пролистал мне сцену Глена Кина с Рэтиганом, и я был в восторге! Дэйв выпустился из Шэридана за несколько лет до меня и стал первым канадцем, нанятым такой известной студией, как Disney. Я писал ему еще из университета. Он ответил и наказал позвонить, если я приеду в Лос-Анджелес, чтобы он показал мне студию. Славный парень. Он сейчас работает в игровом кино в роли раскадровщика.

Отпуск окончился, и я вернулся в Оттаву к моей работе, не зная, заинтересовался ли мною Блат. Прошли рождественские каникулы, и я был немного огорчен, так как казалось, что этого не случится.

А потом в январе мне позвонил Джон Померой собственной персоной, что, естественно, стало для меня шоком (все равно, как если бы мне позвонил Бог!). Он позвонил сказать, что они выслали мне тестовое задание на прорисовку. Я должен был сделать несколько фазовок сцены с красоткой Дафни из «Логова дракона». Получив тест, я за несколько дней его выполнил, отправил назад и стал ждать. Через пару недель мне вновь позвонил очень довольный моей работой Померой, который попросил приехать как можно быстрее, чтобы работать в прорисовке под руководством Веры Ланфер. Естественно, я был на облаках!

Закончив работу над «Бабаром» или над чем я там работал, я написал заявление. В очередной раз я летел на самолете People's Express буквально на следующий день после трагедии с шаттлом «Челленджер». И снова я ночевал на полу канадского гетто. Моя работа [у Дона Блата] началась в складской пристройке через улицу от основного здания студии в Ван Найс в Долине Сан-Фернандо, которую часто называют Маленькая Мексика. Первая сцена, которую мне дала Вера, была та, где мышонок Файвел поет с голубем на Статуе свободы.

Я раньше не работал в прорисовке, так что это был первый опыт. Прорисовка у Блата была лучшей в мире и выполнялась, чаще всего, поверх черновых рисунков аниматора синим карандашом, чтобы сэкономить время и деньги. Так что можно представить, насколько это ответственная работа, ведь уничтожить труд аниматора было так легко! Получить назначение в прорисовку ключевых кадров, чего добился мой друг Марк Пудлейнер, было большим достижением. Я, разумеется, начал с создания плотных фазовок (tight inbetweens) и позже стал ассистентом редких фазовок (breakdowns). За исключением нескольких сцен с массовкой (а их в этом фильме было много… много мышей!), мне не удалось попасть в прорисовку ключей, поскольку производство завершилось еще до того, как я поднялся до этого уровня.

Во время первого визита на студию в 1985 году я видел Дона [Блата] лишь мимоходом, а настоящая встреча с ним была интересной. Это произошло по завершении моей первой сцены, так как на студии было принято, чтобы Дон оценивал работу каждого новичка. Так вот я снял законченную сценку с Файвелом, и Дон был вызван на место для видеотестов (мы использовали VHS ленты!). Я дрожал, пытаясь успокоиться, пока Дон изучал мой сфазованный тест. Он выдал несколько «Хм, хм» и посадил меня, чтобы обсудить работу. Нужно сказать, что персонаж Файвела имел несколько очень хитрых проблем для прорисовки, особенно в области глаз и округлых бровей. Он был во многом схож с Микки Маусом с точки зрения дизайна. Микки известен сложностью рисования и всего несколько людей могли с ним справиться, при этом большинство из них уже ушло. Андреас Дежа со студии Disney  — самый известный из ныне живущих аниматоров, способных рисовать его по-настоящему хорошо. Так вот Дон рассказал мне о проблемах с моими рисунками, которые нужно исправить, и продемонстрировал мне суть соотношения позитивных и негативных форм. Ух! Настоящее открытие, так много раскрывшее для меня! Дон поразительный учитель и лидер!

Во время прорисовки «Хвоста» я работал над собственной тестовой анимацией бронтозавра, жующего водоросли, и демонстрировал свои попытки Померою, который заставлял меня переделывать их снова и снова. Но потом наступил день, когда он был доволен моей работой, и я был повышен до ассистента аниматора в команде Линды Миллер. Это был великий день!

«Американский хвост» был в основном анимирован и прорисован в Лос-Анджелесе, после чего контуровку и заливку сделали в Ирландии. Следующий мультфильм должен был быть целиком создан в Ирландии. Поэтому Блат искал людей типа меня с расчетом на переезд в Ирландию, чтобы помочь тренировать ирландcких сотрудников, несмотря на то, что я сам еще только готовился стать аниматором. Нельзя просто взять и отправить туда Дона, Джона и Гэри [Голдмана]. Следовало создать ядро североамериканцев и нескольких европейцев с опытом, так как большая часть коренных калифорнийцев из команды Блата не хотели переезжать и планировали после «Хвоста» остаться в Лос-Анджелесе и искать работу на других студиях.

И вот три главы студии, несколько ведущих аниматоров, мы (канадцы) и несколько людей из других мест со всего мира перебрались и обосновались в здании, расположенном по соседству с огромным парком в Дублине, чтобы работать над «Землей до начала времен». Это был настоящий вызов [для меня], поскольку я стажировался у Линды Миллер. Обучение убедительной анимации четвероногих  — это максимально сложное распределение в анимации. И это был хороший опыт, который пригодился мне при работе над последующими фильмами, такими как, например, «Все псы попадают в рай» и «Король Лев».

Постепенно по ходу производства я уходил от работы ассистента, получая все больше возможностей анимировать в сценах Линды, типа второстепенных персонажей. Она была лучшим человеком в роли наставника, как это было принято на старой студии Disney. В конце концов, она прошла подготовку у потрясающего Эрика Ларсена, кто тренировал диснеевских рекрутов в течение многих лет. Ее рисунки были так аккуратны, что при прорисовке было достаточно обвести их темной линией. Поэтому, конечно же, прорисовщики обожали сцены Линды Миллер. Первыми сценами, которые я сделал сам, стали кадры с тираннозавром, охотящимся за Крошкой-ножкой, когда тот прятался под шипастым кустом. Кадр с видом снизу вверх на хищника сквозь дыру в кусте оказался настоящим вызовом, так как стал моей болью на пару недель.

Но я справился, благодаря помощи Линды»

Так все и началось...

Комментарии ()
В меню